![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Раньше очень большая часть фундаментальных исследований проводилась в Bell Laboratories. Это был национальный ресурс, там было изобретено все, от Большого взрыва до транзисторов. Почему AT&T могла финансировать фундаментальные исследования? Потому что это была монополия. Если компания договаривалась с правительством о том, какие должны быть цены на связь, ей легко было покрыть любые расходы на исследования. [...] Примерно такая же ситуация была и с IBM, которая в пятидесятые-шестидесятые годы контролировала от шестидесяти до семидесяти процентов компьютерного рынка. Именно потому, что IBM была практически монополией, частично регулируемой государством, она тоже могла поддерживать фундаментальные исследования.
Сейчас в Америке реально осталась одна компания, которая может себе позволить фундаментальные исследования. Это компания, которая является нерегулируемой монополией, она называется Microsoft. И они действительно ведут кое-какие фундаментальные исследования, но все это совершенно несравнимо с тем, что раньше делали AT&T и IBM. [...]
из интервью А.Степанова (который STL) еще в 2003 году.
сразу вспомнилась Singularity.
Сейчас в Америке реально осталась одна компания, которая может себе позволить фундаментальные исследования. Это компания, которая является нерегулируемой монополией, она называется Microsoft. И они действительно ведут кое-какие фундаментальные исследования, но все это совершенно несравнимо с тем, что раньше делали AT&T и IBM. [...]
из интервью А.Степанова (который STL) еще в 2003 году.
сразу вспомнилась Singularity.
